26 сентября на 82-ом году после тяжелой продолжительной болезни скончался ветеран таганрогских шахмат, шахматный судья, детский тренер, кандидат в мастера спорта Николай Петрович Булаткин. Шахматная федерация города Таганрога выражает глубокие соболезнования родным и близким Николая Петровича.

Памяти товарища.

 %d0%b1%d1%83%d0%bb%d0%b0%d1%82%d0%ba%d0%b8%d0%bd-1

Как – то   все неправильно получается: не успели (только- только!) проводить в последний путь Григория Максимовича Сердюка и вот практически сразу же новая горькая потеря – ушел из жизни Николай Петрович Булаткин. Воистину говорится: «Пришла беда – отворяй ворота».

При произнесении  фамилии Николая Петровича мне  в первую очередь  почему-то вспоминаются  далекие-далекие уже восьмидесятые годы. Может оттого, что молодые годы интереснее вспоминаются?  Или  оттого, что страна была другая – более понятная и справедливая?

 В те времена Николай Петрович, будучи сотрудником режимного  (или как мы говорили – «зазаборного») НИИ связи, выступал за его команду в первенстве города среди производственных коллективов. Когда нашей команде ПО «Красный котельщик» в очередном туре приходил черед играть с ней, мы между собой говорили: « Так, завтра (послезавтра) выходим  на 3-ий «Б» ». По аналогии со школой. Смысл шутки в том, что за НИИ связи тогда выступали  три шахматиста с фамилией на «Б» – Бабкин, Байлов, Булаткин. Крепкая  была команда.

 90-е годы.  «Мимо носа носят чачу, мимо рота – алычу» – пел классик. Точнее не споешь-скажешь. Именно  таким  образом  пролетели  лихие 90-ые. Смутное было время: останавливались заводы,   на работающих предприятиях зарплата зачастую  задерживалась или даже не выплачивалась, цены летели до небес.  Какие-то генетические изменения происходили  в  чреве некогда великой державы.  И все-таки народ каким-то образом выживал. Может оттого, что бывали  времена и похуже и  что в «народном» организме произошла закалка к невзгодам на клеточном  уже уровне?  Тем не менее, многим было не до шахмат, хотя:  «А что из этого следует? – следует жить!» – пел другой классик. Так и у нас:  турниры проводились, шахматная жизнь в той или иной мере худо-бедно, но продолжалась.

 С течением времени постепенно как-то все утряслось – устаканилось – пошли долгие-долгие нулевые годы. В главе городской шахматной федерации  стал Владимир Александрович Черных, а секретарем –  Николай Петрович. Как ни вспомню его тогдашним (да и нынешним тоже)  –  выглядел анахронизмом  каким-то: всегда  подчеркнуто  строго-галстучно  одет,  всегда  на «Вы», в разговоре – немногословен, сух, в делах подробен, по – деловому  въедлив. Удивительная получилась пара: порывистый председатель-живчик с одной стороны,  педантичный сухарь-секретарь – с другой. И   потихоньку  все  заработало, наладилось.  Синергетический эффект у этой пары был  налицо!  Вспоминаю, как попала мне тогда по какой-то (не помню уж, какой) необходимости  довольно толстая папка с протоколами заседаний федерации. Была и такая  (не в укор нынешней федерации). Читал – все удивлялся, насколько эмоционально порой проходили заседания – горьковские  страсти-мордасти иногда просто  «отдыхали». И все запротоколировано, записано, чтобы впредь ничего не забылось, не упустилось из виду.

 Со второй половины нулевых   шахматная жизнь в Таганроге  оживилась – стали проводится мемориалы Владимира Яковлевича Дворковича. Возникла необходимость в судьях – Николай Петрович стал судить. Примерно тогда же  он  начал  заниматься  шахматами с детьми. Находил время и в турнирах играть. И это все в довольно зрелом уже возрасте. С течением времени продолжал целенаправленно  развиваться в этих направлениях.

Коснусь немного последних лет жизни Николая Петровича. Он по – прежнему  занимался шахматами с детьми  в школе, по – прежнему судил соревнования, по – прежнему  сам играл в шахматы, правда, в основном   в блиц. В какой-то момент  я обратил внимание, что Николай Петрович просто сильнее стал играть в блиц. Зримо сильнее.  По всем законам шахматного бытия у  шахматиста с возрастом  его игроцкая сила должна ослабевать. Должна, но не у Николая Петровича! Он  умудрялся формировать ну прямо  антитренд  какой-то! Как у Юрия Андреева.  Тот  перед лыжной 30-ткой (желательно больше в гору) взвешивался на весах – 70кг, а после  дистанции – 74 кг.  Ну и  как такое можно объяснить? Чудеса, да и только!

О серьезных болезнях не  принято говорить вслух. Слышал я  краем уха, что, что Николай Петрович прибаливает.  Как – то сказали, что он в Ростове в больнице лежал. Что операцию делали. Но потом  опять Николай Петрович был в строю, опять играл-судил-занимался с детьми.

И все же болезнь не ушла, а притаилась. Притаилась на время, которое, увы, пришло.

 

Скорбим и соболезнуем.

 

 

Владимир Гущин

Комментарии запрещены.

УЗНАТЬ СВОЙ РЕЙТИНГ ФИДЕ РЕЙТИНГ-ЛИСТ РШФ 2700chess.com for more details and full list 2700chess.com for more details and full list
Poll
Кто онлайн
2 посетителей онлайн
1 гостей, 1 bots, 0 зарегистрированных